SHERWOOD-таверна. Литературно-исторический форум

Объявление

Форум Шервуд-таверна приветствует вас!


Здесь собрались люди, которые выросли на сериале "Робин из Шервуда",
которые интересуются историей средневековья, литературой и искусством,
которые не боятся задавать неожиданные вопросы и искать ответы.


Здесь вы найдете сложившееся сообщество с многолетними традициями, массу информации по сериалу "Робин из Шервуда", а также по другим фильмам робингудовской и исторической тематики, статьи и дискуссии по истории и искусству, ну и просто хорошую компанию.


Робин из Шервуда: Информация о сериале


Робин Гуд 2006


История Средних веков


Страноведение


Музыка и кино


Литература

Джордж Мартин, "Песнь Льда и Огня"


А ещё?

Остальные плюшки — после регистрации!

 

При копировании и цитировании материалов форума ссылка на источник обязательна.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SHERWOOD-таверна. Литературно-исторический форум » Стеб да стеб кругом » Операция «Гневные Свиньи»


Операция «Гневные Свиньи»

Сообщений 31 страница 35 из 35

31

Арончик и Смайт развернулись. Они снова проехали мимо разгромленного каравана и двинулись на юг, туда, откуда пришли коровы. Смайт вновь вернулся к состоянию «ничему не удивляюсь», которое считал единственным естественным состоянием настоящего британца. Арончик же, перехватив узду в левую руку, во всю жестикулировал правой, озвучивая свои теоретические выводы.
— Таки вот скажите, разве могла унести коров птица Рух из сказок? А я вам скажу. Таки нет, не могла. И не потому, что она сказочная, а потому что, коров было целое стадо. Вот можно бы в такое поверить, чтобы тут паслось целое стадо куриц, жирных, как крылатые слоны, и я бы об этом не знал? Это невероятно, потому что этого не может быть, чтобы вы знали. Кто-то выкинул этих ваших коров из катапульты? Тоже невероятно, потому что от катапульты бы остались следы не хуже этих коров. Коров погрузили в трейлер? Трейлер тоже наследил бы так,  что его бы увидел покойный прадедушка нашего короля, дай им обоим Б-г здоровья, даже без очков. И что это вам тут остаётся?
— Дирижабль. — предположил Смайт, на мгновение вынимая трубку изо рта.
Арончик взмахнул рукой так, словно хотел сшибить с небес все дирижабли мира.
— И где вы в двенадцатом веке возьмёте столько гелия, хотел бы я знать? Я больше того настаиваю, чтобы вы поделились со мной местом, чтобы я смог построить там гелиесосущую будку и собирать со всех шекели.
— Водородный дирижабль? — предположил Смайт.
— Таки это просто ваше счастье, что я не специалист по безопасности дирижабльства. Потому что иначе я бы очень вам пожелал здоровья сто двадцать лет. Какой может быть дирижабль на водороде, гружёный взрывоопасными коровами?!
Смайт чуть подумал и открыл было рот, чтобы возразить, но тут напарники выехали из долины и увидели в какой-то миле впереди замок сарацинской архитектуры.
— Дар-аль-Араб. — сказал Смайт.
— Таки я знаю, что это замок эмира Абдуллы. — мрачно согласился Арончик.
Над ослепительно белыми, словно отмытыми с «Фэйри», стенами возвышались тонкие и хрупкие витые башенки, которые, казалось, сейчас обрушатся под тяжестью навалившего на них снега. Между зубцами стен видны были расхаживающие взад-вперёд часовые. Площадка перед воротами, мощёная белым камнем, была старательно расчищена от снега.
И следы загадочных коров начинались прямо оттуда.

— Стой, кто идёт? — крикнул с башни сарацинский стрелок на вполне сносном французском языке.
— Я таки не понимаю, для чего каких целей французы учат этому своему языку кого попало? — обратился Арончик к Смайту. Эсквайр пожал плечами с таким видом, будто нацеленный на него лук ничуть его не смущал.  Арончик обернулся к сарацину и вежливо сказал:
— Таки шолом вам, месье.
Будь рядом с Арончиком новый профессор Хиггинс, он непременно проникся бы лёгким линкольнширско-бердичевским акцентом, который звучал во французской речи сиониста-крестоносца, придавая ей остроту и вкус, как драгоценная пряность придаёт их заморскому блюду. Вне всякого сомнения, вдохновлённый профессор тут же бросился бы писать великий труд, раскрывающий все тайны Языка, а за ним — и Мысли, тем самым, раскрывая перед человечеством новые глубины и перспективы, а своё имя прославляя в веках, среди всех народов — от тунгусов до индейцев Огненной Земли. Но откуда было взяться профессору Хиггинсу в суровых льдах Святой Земли тринадцатого столетия, в отсутствие фонографов, книгопечатания и Бернарда Шоу? Потому великий труд, раскрывающий сокровенную суть Языка и Мысли не был написан, искусственный интеллект не был создан, а приобретение человечеством загадочных и невероятных возможностей отложено до следующего раза. В этом любой может убедиться, посетив земли тунгусов и не обнаружив там ни единого, даже самого завалящего золотого бюста профессора Хиггинса в натуральную величину. А посему отвлечёмся от несбывчатых грёз и вернёмся к нашим коровам.
От когнитивного диссонанса сарацин на башенке несколько замялся и пробурчал что-то про «неверных собак».  Арончик вздохнул.
— Таки вы совсем не следите за разнообразием своего лексикона.  Как можно всё время называть меня «неверной собакой»? Я отлично отзываюсь и на «кровавого сиониста», и на «крестоносную военщину», и на ещё что-нибудь художественное. Так что идите и передайте эмиру, что к нему пришла крестоносная военщина… — Арончик покосился на невозмутимого Смайта, — и ещё одна крестоносная военщина. Сразу две крестоносных военщины вот прямо от короля Ричарда, вам всем на радость. И таки бросьте эти ваши собачьи коннотации, потому что всё время одно и то же — это не интересно и не спортивно.
Сарацин обалдело посмотрел на Арончика и скрылся за каменным зубцом. Арончик широко взмахнул рукой. Внимательный наблюдатель, знакомый с сионистом-крестоносцем, заметил бы, что уздечку Арончик держит в левой руке, а под жестикуляцию оставил правую, и ремешок, удерживающий в кобуре портативный шестизарядный арбалет, почему-то отстёгнут — но из знакомых Арончика рядом находился только Смайт, который был всецело поглощён раскуриванием не вовремя погасшей трубки.
Ворота замка открылись. Арончик и Смайт въехали во двор. Он был большой и весь белый. Арончик зарычал про себя. Он уже ненавидел белый цвет. Посреди двора стояли три сарацина. Они тоже были одеты в белое, что уже пробуждало у доблестного сионистского агрессора обоснованную неприязнь. Только бороды у сарацинов были чёрные, а куфии — цветные. Тот сарацин, что стоял в центре, и был повыше и поширокоплечее двух других, был в красно-белой куфие, сарацин поменьше, что был по правую руку — в чёрно-зелёной, а сарацин посреднее, стоявший слева, носил куфию оранжевую.
— Я — эмир Абдулла ибн Хасан аль-Гюрз. — сказал крупноразмерный сарацин по-французски, — хозяин этого замка. Что привело вас сюда, невер… многоуважаемые шакалосыничные захватчики?
Арончик радостно улыбнулся.
— Таки ведь это совсем другое дело! — воскликнул он. — Вы не представляете, как я рад встретить человека с таким незамутнённым творческим мышлением, способного придумать что-то, помимо затасканных неверных собак!
Тараторя и размахивая руками, Арончик незаметно подсчитывал стрелков на замковых галереях. Выходило человек сорок. Вздумай эмир Абдулла устроить гостям исполнение метеорологической песни, у него вполне были бы на это шансы. Впрочем… посмотрим.
— А пришли мы сюда, — ещё радостнее продолжал Арончик, — чтобы познакомиться с вашими коровами.
Сарацины переглянулись.
— Почему вы решили, что здесь есть какие-то коровы? — спросил эмир. Он улыбнулся, продемонстрировав отличные зубы.
— Почему вы решили, что кто-то должен вам их показывать? — высокомерно осведомился сарацин поменьше.
— Простите, а кто таки спрашивает? — Арончик тоже умел улыбаться так, чтобы собеседнику становилось грустно и печально.
— А почему я должен вам отвечать? — сарацин в чёрно-зелёной куфие задрал бороду.
— А скажите мне, таки как семит семиту, вы в самом деле надеетесь у меня выиграть вот в это вот? — возразил Арончик.
— А почему нет?
— А кто здесь еврей?! — возмутился Арончик.
Сарацины переглянулись, и малокалиберный обладатель зелёной куфии бросил:
— Хорошо. Спрашивайте!
— А чем я занимаюсь? — разогнавшемуся Арончику было трудно остановиться. — Кто вы и как вас зовут?
— Я — Ибрахим ибн Идрис ибн Исмаил аль-Искандери, — гордо ответил сарацин.
— А я Арончик. — сообщил сионист. — Из Линкольна. Это, что бы вы знали, из Англии.
С тайным злорадством Арончик заметил, что сарацины переглянулись. Они явно уже слышали про Арончика и знали, из какого он такого Линкольна.
— А это мой друг Тристан Смайт, эсквайр. Настоящий эсквайр из настоящей Англии.
Смайт вытащил изо рта трубку и сдержанно кивнул.
— Мы из Комитета по соблюдению перемирия. — продолжал Арончик. — Вы слышали про комитет, ведь так? А про перемирие? Султан заключил его с нашим английским королём, и линия прекращения огня проходит как раз по долине, где бродили ваши коровы. Мы и пришли на них посмотреть.
— А документы? — спросил аль-Искандери. — Или опознавательные знаки?
— Эсквайр, предъявите господам наши удостоверяющие знаки. — сказал Арончик. Смайт молча отвернул лацкан своего зелёного пальто и продемонстрировал сарацинам надраенную до блеска восьмиконечную звезду с надписью «Serve and Protect». То, что она в своё время была реквизирована у одного из лесников дербиширского шерифа, сарацинам было знать не обязательно.
— Хорошо. — сказал эмир. — Ладно. Мы не обязаны показывать вам замок, но, как жест доброй воли… Ладно. Убедитесь, что здесь нет никаких коров.
— Ибо! Неверные собаки. — впервые заговорил сарацин в оранжевой куфие, которому явно тоже хотелось вставить словечко, но он только сейчас его придумал. — Ибо. А если вы найдёте здесь хоть одну корову, мы её вам подарим. Или ещё лучше, отольём из золота в натуральную величину. Ваш народ ведь любит золотых тельцов, а? Ибо.
Арончика остановило лишь то, что учитывая число стрелков на галерее, знакомство оранжевокуфического сарацина с продукцией Линкольнширского оружейного завода приведёт к тому, что увлекательнейшее дело об исчезающих коровах так и останется нераскрытым. Сионист вежливо улыбнулся и ответил:
— Конечно, я рад буду получить этого вашего золотого тельца. Радее и быть не может. Знаете, что я вам скажу? Когда я вам его заберу, то тут же поменяю на хорошее вино, как бридфордское или кентское. И тогда вас непременно приглашу на попраздновать и посидеть. Вы хоть попробуете хорошего вина. А то судя по вашему цвету лица и прочего носа, вы таки привыкли к сплошному пойлу из соевого жмыха работы Нижегородского винного завода…
Последние три фразы Арончик выпалил так быстро, как могут только люди особого строя — сионисты израильской закалки. Однако к Нижегородскому винзаводу сарацин в оранжевой куфие уже рвался вперёд, размахивая зазубренным кривым кинжалом, а эмир и аль-Искандери висели у него на плечах.
— Довольно! — крикнул эмир, повернувшись к Арончику и Смайту побелевшим от ярости лицом. — Убедитесь, что коров здесь нет, и убирайтесь!
Коров в замке и в самом деле не нашлось. Идею о том, что целое стадо взгромоздили по узким лестницам на верхние этажи, Арончик отверг, как и дирижабли. Подвалы замка, судя по узким входам и крутым лестницам, тоже были вполне коровонепроницаемы. Оставался первый этаж. Кухня… Склады… Оружейная… Наконец, Арончик и Смайт, сопровождаемые аль-Искандери и его ехидной усмешкой, добрались до конюшни.
Стойл было двадцать шесть. Четыре пустовали, а остальные были заняты лошадьми. Лошадей чистил конюх крайне угрюмого вида.
Ни единой коровы не было видно. Арончик шагнул к лошадям.
— Не трогайте их. — сказал аль-Искандери. — Вы видите, что это не коровы? Вот и не превышайте прав гостя. Не беспокойте наших лошадей.
Арончик пожал плечами, криво усмехнулся, и бросил на конюшню оценивающий взгляд от дверей. Смайт принял ещё более безразличный вид, чем обычно, и пожал плечами.
Арончик нахмурился. Коров в самом деле не было. Не было даже их запаха. Он, как бы невзначай, поднял стоявшее в углу ведро и заглянул под него, словно надеясь найти там корову.
— Убедились? — в голосе аль-Искандери звучала явная насмешка.
— Пойдёмте, Смайт. — отозвался Арончик. — Ничего интересного здесь уже не будет.

+5

32

Клаус Штертебеккер написал(а):

— Таки это просто ваше счастье, что я не специалист по безопасности дирижабльства. Потому что иначе я бы очень вам пожелал здоровья сто двадцать лет.

Вот именно...

Клаус Штертебеккер написал(а):

— Таки вы совсем не следите за разнообразием своего лексикона.  Как можно всё время называть меня «неверной собакой»? Я отлично отзываюсь и на «кровавого сиониста», и на «крестоносную военщину», и на ещё что-нибудь художественное. Так что идите и передайте эмиру, что к нему пришла крестоносная военщина…

Клаус Штертебеккер написал(а):

Что привело вас сюда, невер… многоуважаемые шакалосыничные захватчики?

Упражнения в риторике...

Клаус Штертебеккер написал(а):

Ни единой коровы не было видно. Арончик шагнул к лошадям.

Копыта надо было осмотреть... впрочем, ясно, что не дали бы.

0

33

Княгиня написал(а):

Копыта надо было осмотреть... впрочем, ясно, что не дали бы.

Конан Дойл наше всё.

0

34

Клаус Штертебеккер написал(а):

Сарацин обалдело посмотрел на Арончика и скрылся за каменным зубцом.

У бедного чувака от этих всех слов наверняка короткое замыкание в голове случилось.  :)

Клаус Штертебеккер написал(а):

Арончика остановило лишь то, что учитывая число стрелков на галерее, знакомство оранжевокуфического сарацина с продукцией Линкольнширского оружейного завода приведёт к тому, что увлекательнейшее дело об исчезающих коровах так и останется нераскрытым.

А может коровы улетели? Вот есть крылатые лошади - пегасы, почему коровам не быть?  :) Как в Тайне третьей планеты, как их там, склиссы или склизы, не помню точно.  :)
Клаус, ещё, ещё, ещё!  http://s15.rimg.info/f424bbadf5cc6434898ae06d59ee8867.gif

0

35

наталья написал(а):

А может коровы улетели? Вот есть крылатые лошади - пегасы, почему коровам не быть?  :) Как в Тайне третьей планеты, как их там, склиссы или склизы, не помню точно.  :)

Всё проще. :) Отгадка в теме уже была. :)

наталья написал(а):

Клаус, ещё, ещё, ещё!

Я постараюсь. :)

0


Вы здесь » SHERWOOD-таверна. Литературно-исторический форум » Стеб да стеб кругом » Операция «Гневные Свиньи»