SHERWOOD-таверна. Литературно-исторический форум

Объявление

Форум Шервуд-таверна приветствует вас!


Здесь собрались люди, которые выросли на сериале "Робин из Шервуда",
которые интересуются историей средневековья, литературой и искусством,
которые не боятся задавать неожиданные вопросы и искать ответы.


Здесь вы найдете сложившееся сообщество с многолетними традициями, массу информации по сериалу "Робин из Шервуда", а также по другим фильмам робингудовской и исторической тематики, статьи и дискуссии по истории и искусству, ну и просто хорошую компанию.


Робин из Шервуда: Информация о сериале


Робин Гуд 2006


История Средних веков


Страноведение


Музыка и кино


Литература

Джордж Мартин, "Песнь Льда и Огня"


А ещё?

Остальные плюшки — после регистрации!

 

При копировании и цитировании материалов форума ссылка на источник обязательна.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SHERWOOD-таверна. Литературно-исторический форум » Крестовые походы » Второй крестовый поход 1147 - 1149


Второй крестовый поход 1147 - 1149

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Второй крестовый поход состоялся в 1147—1149 годах.

Окончательное решение о начале похода и его дате - 15 июня 1147 г., а также решение о маршруте крестоносцев вынесло собрание французской знати, состоявшееся 16 февраля 1147 г. в Этампе. Здесь присутствовали и германские послы. Руководил собранием Бернар Клервоский, сообщивший присутствовавшим об успехах крестоносных проповедей и в Испании, и в Италии, и в Англии. 15 марта 1147 г. заседал рейхстаг во Франкфурте, определивший датой выступления в поход середину мая 1147 г.

К лету во Франции и Германии образовались большие крестоносные ополчения. В каждом насчитывалось примерно около 70 тыс. рыцарей, за которыми потянулись многотысячные толпы крестьянской бедноты, включая женщин, стариков и детей.

Французских крестоносцев, выступивших из Меца, возглавлял Людовик VII, к которому папа прикомандировал в качестве своего легата кардинала-дьякона Гвидо Флорентийского. С Людовиком отправилась и королева Алиенора Аквитанская. Во главе германского ополчения, выступившего из Нюрнберга и Регенсбурга, встал Конрад III; легатом к нему был назначен кардинал-епископ Теодевин. Немцы двинулись в путь первыми, а французы - месяц спустя.

Немецкие рыцари прошли сначала Венгрию, король которой Геза II дал формальное согласие пропустить крестоносцев через страну. Затем они двинулись по греческим владениям, причем немецкие ратники креста нещадно грабили население, невзирая на то что германская империя находилась в союзных отношениях с Византией.

Союз двух империй сложился на основе общности их политических интересов, главным образом ввиду противоречий с Норманнско-Сицилийским королевством Рожера II. Объединив Сицилию и Южную Италию, этот государь продолжал старую антивизантийскую политику итало-норманнских феодалов. В то же время он воздвигал всевозможные препятствия Гогенштауфенам в их попытках утвердить свое владычество в Италии. Противоречия с Сицилийским королевством на почве средиземноморской экспансии и привели к сближению штауфенской Германии с Византией.

В 1146 г. союз двух империй был скреплен бракосочетанием Мануила Комнина со свояченицей Конрада III графиней Бертой Зульцбахской.

Тем не менее Византии изрядно досталось от ее германского союзника. Особенно пострадала из-за необузданности германских рыцарей Фракия, где императору Мануилу Комнину даже пришлось оружием усмирять крестоносцев. Сами местные жители по-своему также мстили грабителям: болгары и греки нередко убивали напивавшихся до бесчувствия и отстававших в пути немецких воинов, так что, по свидетельству очевидца, ко-гда позже туда пришли французские рыцари, «все было отравлено зловонием от их [немцев. - М. З.] непогребенных трупов». Близ Филиппополя между немецкими и византийскими войсками произошли жестокие схватки. Мануил предложил было Конраду III направить крестоносное воинство в обход Константинополя - через Геллеспонт (Дарданеллы), чтобы уберечь столицу от рыцарских бесчинств, но союзник отклонил эти предложения. Он повел свое войско по старой дороге, проложенной еще первыми крестоносцами.

Свой приход в Константинополь (10 сентября 1147 г.) немецкие рыцари ознаменовали грабежами, опустошив, в частности, императорский дворец неподалеку от столицы, и пьяными пирушками. Как рассказывает французский хронист Одо Дейльский, участвовавший в Крестовом походе Людовика VII в качестве его капеллана, немцы сожгли несколько городских предместий. Несдобровать бы Константинополю, соединись буйные ватаги немецких рыцарей с французскими, уже находившимися в пути. Однако лестью и силой Мануил Комнин успел убедить своего германского союзника переправиться на другой берег Босфора. Конрад III, со своей стороны, тоже не жаждал встречи с французскими крестоносцами: он опасался быть вовлеченным в фарватер антиконстантинопольской политики.

В конце октября 1147 г. германские крестоносцы, недисциплинированные и лишенные всякого подобия организации, не проявившие ни осторожности, ни предусмотрительности (они запаслись продовольствием лишь на 8 дней), потерпели жестокое поражение в боях с конными отрядами иконийского султана вблизи Дорилея. Разгром воинов христовых довершили голод и болезни, уничтожившие большую часть германского ополчения. Конрад III вынужден был униженно просить Людовика VII, с которым встретился в Никее, о дозволении этим уцелевшим остаткам своей армии присоединиться к французскому ополчению. Лишь небольшая группа немецких крестоносцев, включая Конрада III и его племянника герцога Фридриха Швабского (впоследствии - германский император Фридрих Барбаросса), решила продолжать Крестовый поход. Остальные из тех, кто выжил, бесславно вернулись на родину.

С самого начала международная обстановка, в которой происходил Второй Крестовый поход, чрезвычайно осложнилась. Рожер II вел широкую завоевательную политику в Средиземноморье. Он возобновил наступление на Византию, возродив традиции Роберта Гискара и Боэмунда Тарентского. Когда во Франции полным ходом развернулась подготовка к Крестовому походу, ко двору Людовика VII прибыли послы из Сицилии. Они привезли, с одной стороны, заманчивые для крестоносцев предложения - Рожер II брался обеспечить их продовольствием и транспортными средствами; с другой - пытались уговорить Людовика VII избрать путь на Восток через Апулию и Сицилию. Рожер II, «защитник христианства», как он официально именовался, втайне хотел привлечь на свою сторону французскую знать во главе с королем для завоевания Константинополя. Старания сицилийских послов не увенчались успехом. Французский король и его бароны предпочли направиться по той же дороге, которой проследовали немецкие ополчения: путь через владения византийского императора, союзника Конрада III, представлялся им более безопасным. Кроме того, было известно, что Рожер II притязает на княжество Антиохийское, а ведь сеньор этого княжества, Раймунд де Пуатье, приходился дядей королеве Алиеноре и являлся вассалом византийского императора. Сближение с Рожером II, таким образом, осложнило бы отношения Франции и с обеими империями, и в самой королевской семье. Предложения сицилийского государя были отклонены.

Тогда Рожер II принялся действовать на свой страх и риск. Как раз в то время, когда немецкие крестоносцы продвигались по территории Византии, он открыл против нее враждебные действия. Летом 1147 г. сицилийский флот овладел островами Кефалония и Корфу, разорил Коринф, Фивы, возможно, и Афины, опустошил Ионические острова. Чтобы обеспечить себе надежный тыл, «защитник христианства» вступил в союз с Египтом. Получилась довольно оригинальная комбинация: западные рыцари отправились на священную войну против ислама, а одно из крупных католических государств блокировалось тогда же с султаном, косвенно используя Крестовый поход в своих политических интересах - против Византии. Так еще в самом начале этого предприятия на деле проявилась мнимая общность интересов западных христиан.

Действия Рожера II поставили французских крестоносцев, направлявшихся к Константинополю и мародерствовавших в Греции, в довольно двусмысленное положение по отношению к Византии. Там усилились подозрения по поводу подлинных намерений крестоносцев. Кто знал, о чем договаривались послы Рожера II с Людовиком VII? В Константинополе еще не забыли, как Боэмунд сорок лет назад пытался организовать Крестовый поход против Византийской империи. Мануил Комнин, однако, старался сохранить хорошую мину при плохой игре. Его послы, явившиеся к Людовику VII, обещали, что крестоносцам будет разрешено свободно покупать припасы на территории империи; его послания французскому королю были написаны в доброжелательном и даже дружеском тоне. Вместе с тем византийское правительство принимало свои меры. Как повествует Одо Дейльский, французы столкнулись с трудностями при закупках продовольствия: греки «не впускали их в свои города и бурги , а то, что продавали, спускали на веревках со стен». Французы продвигались к византийской столице словно по пустыне, «хотя вступили на богатейшую, полную изобилия землю, которая простирается вплоть до самого Константинополя».

В ответ на нападение главаря норманнско-сицилийских пиратов Рожера II Византия мобилизовала свои силы. На Западе она вступила в союз с Венецией, предоставив ей новые торговые привилегии: к числу районов, в которых венецианские купцы имели право вести беспошлинную торговлю, были добавлены Крит и Кипр. Для того же, чтобы развязать себе руки на Востоке, Мануил Комнин, столь же верный союзник крестоносцев, какими и они являлись по отношению к Византийской империи, заключил мир с Иконийским султанатом, в борьбу с которым уже ввязалось немецкое рыцарство и с которым еще предстояло помериться силами французским крестоносцам.

«Воины Божьи» оказались между двух огней. С одной стороны, им нанес удар в спину единоверный сицилийский король: он не только подписал соглашение с Египтом, но, что было наиболее чувствительно для них, напал на Византию, вызвав там глубокое недоверие к крестоносному рыцарству и его предводителям. Рожеру II даже удалось различными дипломатическими уловками внушить византийскому правительству, будто Людовик VII сочувствует его, Рожера II, политике. С другой стороны, планы крестоносцев были поставлены под угрозу тем, что сама Византия заключила мир с сельджуками. Это означало, что в войне против Иконийского султаната «паломники» не смогут рассчитывать на ее поддержку.

В такой обстановке все ниже начали клониться долу религиозные знамена воинов христовых, на первый план выступали политические соображения. Когда французское войско в сентябре 1147 г. подошло к Константинополю и император закрыл рыцарям доступ в город, «ибо французы, - признает Одо Дейльский, - сожгли у них [греков. - М. З.] много домов и оливковых насаждений - либо из-за нехватки топлива, либо по причине своей низости и в состоянии идиотского опьянения», среди крестоносцев раздались голоса о том, чтобы захватить столицу греческой империи (т.е. Византии) и таким образом покончить с этим препятствием на пути к достижению целей похода.

В окружении короля, сообщает тот же хронист, все чаще высказывалась мысль, что нужно снестись с Рожером II, который уже ведет войну против Византии, дождаться прибытия сицилийского флота и сообща с норманнами завоевать Константинополь. Особенно настойчиво такой проект выдвигал и отстаивал епископ Годфруа из Лангра. Он обращал внимание рыцарей на то, что укрепления византийской столицы находятся в ветхом состоянии, а сил для защиты города у греков мало: если осадить Константинополь, он быстро перейдет к крестоносцам. Благочестивого епископа нисколько не останавливало, что Византия - христианское государство. Человек «святых нравов» и «весьма мудрый», по отзыву хрониста, епископ Лангрский всячески изощрялся в доказательствах того, что захват византийской столицы не нанесет ущерба делу Креста. Только по видимости завоевание Константинополя явится актом, противоречащим христианству, но никак не на деле: ведь византийский император неоднократно поддерживал мусульман и воевал с сирийскими крестоносцами, пытаясь овладеть Антиохийским княжеством. Теперь же он вступил в сговор с врагом крестоносцев - иконийским султаном! И хотя у Годфруа Лангрского нашлось немало приверженцев, все же французские бароны-предводители отвергли планы антигреческой партии. Они были слишком рискованными...

Распустив слух о том, что немецкие крестоносцы будто бы одержали крупную победу в Малой Азии и даже захватили столицу Иконийского султаната, Мануил Комнин добился того, что обуреваемые завистью французские крестоносцы вместе со своим королем поспешили переправиться через Босфор. Тотчас василевс потребовал от их главарей принесения вассальной присяги и обещания передать Византии принадлежавшие ей области, коль скоро они будут завоеваны крестоносцами. Это требование еще более усилило напряженность в отношениях Византии с французскими рыцарями. Граф Робер Першский, не согласовав свои действия с остальными, сразу же отделился и двинулся в Никомидию. Хотя бароны по большей части принесли оммаж Мануилу, но он и в дальнейшем не оказывал крестоносцам реальной поддержки, а, напротив, старался мешать им: ведь их успехи чреваты были нарушением мира с сельджуками.

В начале ноября 1147 г. в Никее французские крестоносцы встретились с жалкими остатками немецкого ополчения, возглавлявшегося Фридрихом Швабским, а затем и с немногими уцелевшими отрядами Конрада III (сам он был ранен в бою с турками). Оба крестоносных воинства двинулись вперед, но не в глубь страны, а обходным путем - по западным и южным областям Малой Азии. Избрать этот новый путь крестоносцев заставил страх: они опасались подвергнуться плачевной участи разбитых сельджуками немецких ополчений. Хотя дорога шла через византийские города (Пергам, Смирну, Эфес и др.), но переход по высоким горам, через бурные потоки сопровождался большими потерями.

Немецких крестоносцев, деморализованных предшествующими событиями и потому шедших в середине войска, дабы не подвергаться опасности налетов сельджукских конных отрядов, вообще не привлекала перспектива служить придатком французского ополчения. Поэтому из Эфеса немцы отправились морем обратно в Константинополь - набраться сил после поражения от «неверных». Да и единства с французскими рыцарями не получалось: те явно глумились над своими единоверными собратьями. К тому же Конрад III заболел. Словом, поводы для отступления были налицо. В Константинополе возвращение Конрада III встретили благосклонно. Фактически лишенный войска, он был не опасен для Мануила. Василевс даже возобновил переговоры с ним о совместных действиях против Сицилийского королевства.

http://enoth.narod.ru/Crusades2/Zaborov04_02.htm

+3

2

milka
а у нас есть тема - Замки крестоносцев на Св. Земле?

0

3

Как сорвать крестовый поход
Рецепт Рожера II Сицилийского

Судя по всему, к тридцатым годам одиннадцатого столетия среди европейских властителей утвердилось мнение: проблема Гроба Господня решёна раз и навсегда. Полчища неверных разбиты и рассеяны, паломникам открыт свободный путь к христианским святыням, на завоёванных землях прочно утвердились государства Латинского Востока. Чего ещё надо? Если беда и придёт, так точно не с этой стороны. Конечно, перспективный интерес к заморским владениям никуда не делся, но это - потом. А сейчас и дома дел - по горло.

Иоанн Второй Комнин - византийский император в 1118-1143 гг.
http://altritter.ru/UserFiles/Image/Statii/Rojer/Ioann.jpg

Меж тем, за Средиземным морем в Святой Земле события развивались самым драматическим образом.
Сельджуки оправились от прежних поражений и научились давать отпор пришельцам с Запада. С каждым годом обострялись отношения крестоносцев и с Византией. Ромеи хорошо помнили: территория Иерусалимского королевства когда-то принадлежала империи, и косо посматривали на латинян отхвативших жирный кусок. Особо сильное раздражение вызывало княжество в Антиохии основанное Боэмундом. Воодушевившись завоеванием армянской Киликии – христианской, к слову, страны - император Иоанн II Комнин решил положить конец норманнской самостийности. В августе 1137 года он подступил с войсками к Антиохии и принудил князя Раймунда де Пуатье стать вассалом Константинополя. Правда, Иоанн обязался отвоевать для Антиохии несколько городов у сельджуков (Халеб, Шейзар, Хаму и Хомс), но обещания не сдержал. Впрочем, и латиняне присягу не блюли. Зимой 1142 года Император вознамерился всерьёз забрать Антиохию под свою руку. Оказалось - не судьба. В самом начале 1143 года Иоанн II был убит на охоте чьей-то отравленной стрелой. Официально признали несчастный случай, неофициально же - Император насолил многим, в том числе и в самом Константинополе.
Впрочем, Раймунд де Пуатье получил только краткую передышку. В августе - сентябре 1144 года новый император - Мануил I Комнин - вторгся в Антиохию, разбил войска князя, принудил его явиться в Константинополь и принести ленную присягу. На сей раз – без шуток.
Не дремали и сельджуки. В 1137 году командующий войсками Дамаска Беза-Уч пошёл в набег на графство Триполи, захватил в плен и убил графа Понтия Триполийского. Летом того же года Триполи заняли войска мосульского атабега Имад ад-Дина Зенги; на этот раз сельджуки полонили графа Раймунда II со многими рыцарями. Зенги подчинил ряд сельджукских княжеств в Месопотамии и Северную Сирию. Сходу захватить всю Сирию у него не вышло: Дамаск получил поддержку от Иерусалимского королевства. Видимо, король Фулько посчитал - силы Мосула большая опасность. Зенги всё-таки удалось установить контроль над Сирией, что не смогло оружие, сделали дипломатия и брачные союзы. В октябре 1144 года он вторгся в Эдесское графство и 28 ноября осадил Эдессу. На помощь городу поспешили отряды из Иерусалимского королевства, но опоздали. 24 декабря Имад ад-Дин Зенги взял город и практически разрушил его, а затем изрядно обкорнал графство. Над Иерусалимским королевством нависла мрачная тень.

В декабре 1144 года эмир Мосула Имад ад-Дин Занги захватил Эдессу
http://altritter.ru/UserFiles/Image/Statii/Rojer/Edessa.jpg

В ноябре 1145 года ко двору Папы Евгения III прибыли послы из Иерусалима и Антиохии. Епископ Джабалы лично умолял Святого Отца принять меры к тому, чтобы «победоносная храбрость франков» защитила восточные владения от напастей.
1 декабря 1145 года Папа подписал буллу, призывавшую к Крестовому походу. Первую в истории крестоносную буллу папства. Евгений III адресовал ее во Францию, приглашая короля Людовика VII встать на защиту веры. Папа обещал участникам предприятия полное покровительство апостольского престола, отпущение грехов и освобождение от податей. Гроб Господень - в опасности!
Проповедь священной войны поручили бургундскому аббату Бернару Клервоскому. 31 марта 1146 года тот прибыл на совещание французских баронов, церковных сановников и знатных рыцарей в Везеле (Бургундия). Аббат Бернар зачитал папскую буллу и произнес пылкую речь. Затем стал раздавать заранее приготовленные знаки креста. Когда их не хватило, он разодрал свое белое монашеское одеяние - из лоскутьев тут же наделали крестов. С выбором посланника Папа явно не промахнулся.
После совещания в Везеле аббат Бернар совершил тур по Франции и в октябре отбыл в Германию.
Готовность выступить под знаменем креста изъявили: граф Альфонс-Жордан Тулузский, граф Тьерри Фландрский, наследник графа Тибо Блуаского Анри, брат Людовика VII граф Робер Першский, бароны Ангерран де Куси, Жоффруа Рансон, Гуго Лузиньян и другие. К ним присоединились и видные духовные особы - епископы Нуайона, Ливье, Годфруа Лангрский. Их примеру несколько позднее последовали многие, большие и малые, германские феодалы. Отряды крестоносцев стали формироваться и в Англии.
Впервые в крестовом походе согласились принять участие и европейские государи.
Людовик VII Французский, пылкий по молодости лет, сразу же откликнулся на папскую буллу.
Германский король Конрад III Гогенштауфен поначалу изрядно колебался. У него шла война с враждебной группировкой Вельфов.
Бернар Клервоский, произнёс в Германии немало пылких речей и сумел убедить короля. Тот принял крест. Аббат называл это «чудом из чудес». Но мы-то знаем: каждому чуду есть практическое объяснение.
Королевская власть все больше нуждалась в финансах для успешного подавления баронской вольницы, а условно свободные земли и богатая добыча лежали «за морем». Вот почему, Конрад III все же ввязался в Крестовый поход. Кроме того, первый немецкий государь из династии Штауфенов не желал уступать пальму первенства Людовику VII. И главное, крест взял и герцог Вельф VI. Король не мог позволить своему главному противнику усилится, через обретение новых связей и союзов.

Людовик VII, король Франции
http://altritter.ru/UserFiles/Image/Statii/Rojer/ludovik.jpg

16 февраля 1147 года в город Этамп съехалась французская знать. Присутствовали и германские послы. Руководил собранием всё тот же аббат Бернар. Он без устали накачивал публику. Проникновенно вещал о небывалых успехах крестоносных проповедей в Испании, Италии, Англии. Приняли окончательное решение о начале похода, его дате, выбирали маршрут движения.
Немцы, не мешкая, помчались домой. Собрали 15 марта 1147 года рейхстаг во Франкфурте и утвердили дату выступления - середина мая.
В обоих государствах войск собралось примерно по семьдесят тысяч.
И начался Второй Крестовый.
Совершенно неожиданно для себя французы сходу попали, как это теперь говорят, в сложную международную обстановку. Воду замутил король Сицилии Рожер II.
Весьма примечательная личность. Наследник рода графов Сицилийских семнадцати лет от роду принял единоличную власть над островом. В последующие десять лет правления кардинально преумножил военно-экономический потенциал графства и активно вмешался в дела континентальной Италии. Завладел герцогством Апулии и Калабрии. Был отлучён от церкви, отвоевал у папы Гонория II право на герцогский лен и причастие. Привёл к повиновению своих итальянских вассалов и объявил «герцогский мир» - запрет на междоусобные войны. Оказал всемерную поддержку папе Анаклету II в обмен на королевскую власть над Сицилией для себя и своих потомков. 25 декабря 1130 года в кафедральном соборе Палермо легат Анаклета II помазал тридцатипятилетнего Рожера II на сицилийский престол.

Помазание Рожера
http://altritter.ru/UserFiles/Image/Statii/Rojer/Martorana_RogerII.jpg

Предприимчивый монарх развил на средиземноморье кипучую деятельность. В лучших традициях предков - Роберта Гискара и Боэмунда Тарентского - он вознамерился прирезать себе кусок от владений Византии.
Рожер понимал: союз двух империй - Западной (Германской) и Восточной (Византийской) - возник, в том числе, и на почве неприязни к его персоне. Сицилиец успевал одновременно продвигать антивизантийскую политику итало-норманнских феодалов и препятствовать немецким попыткам утвердиться в Италии. Для верности императоры скрепили договор бракосочетанием Мануила I со свояченицей Конрада III графиней Бертой Зульцбахской. Сицилиец почуял неминуемую угрозу своим интересам в Италии и Греции. Если же в альянс войдёт и Франция, то сразу ложись в гроб и помирай.
Рожер с большой помпой и шумом отправил послов ко двору Людовика. Король Сицилии, официально именовавшийся «защитником христианства» отписал королю Франции: брат мой, зачем тебе тащится в круг? Поезжай на Восток напрямик, через Апулию и Сицилию. Оттуда до Леванта рукой подать. Не беспокойся, я обеспечу твоих крестоносцев продовольствием и транспортом. И не благодари, это мой долг.
Задумано истинно по-сицилийски: французы прибываю в Италию, а уж там Рожер делает их королю и военным вождям предложение, от которого те не смогут отказаться. И марш-марш завоёвывать Константинополь, Палестина подождёт.
Не выгорело. Советники убедили Людовика идти по следам немецких ополчений. Путь через владения византийского императора - союзника Конрада III - куда безопаснее блужданий по Италии с таким проводником, как Рожер. Кроме того, всем известно: король Сицилии давно притязает на княжество Антиохийское. А сеньор этого княжества - Раймунд де Пуатье - вассал византийского императора и дядя королевы Алиеноры. Зачем королю Франции сближаться с Рожером, если при этом осложнятся отношения с обеими империями и в собственной семье? Предложение сицилийского государя отклонили.
Итак, заманить Людовика в Италию не удалось, и Рожер рискнул по-крупному. Летом 1147 года его войска и флот овладели островами Кефалония и Корфу, разорил Коринф, Фивы, прошлись по Афинам, опустошил Ионические острова. Чтобы обезопасить свой тыл, «защитник христианства», не смущаясь, вступил в союз с Египтом. Довольно оригинальная комбинация: католики отправились на священную войну против мусульман, а одно из крупных католических государств завело дружбу с султаном.

Король Рожер II Сицилийский
http://altritter.ru/UserFiles/Image/Statii/Rojer/Roger_II_Sicily.jpg

Кроме того, Сицилиец грамотно подставил Людовика. Ударил по Греции именно тогда, когда король-крестоносец, направлялся через её территорию к Константинополю. Понятное дело, французское воинство, и в особенности сопровождавший его сброд, дисциплиной и скромностью нравов не блистало. Впрочем, мародерство в те времена не считалось ни преступлением, ни даже проступком. Грекам преизрядно досталось. В Византии усомнились по поводу подлинных намерений крестоносцев. Кто точно знает, о чем договаривались послы Рожера II с Людовиком VII? В Константинополе помнили, как сорок лет назад Боэмунд пытался организовать Крестовый поход против Византии.
Мануил I постарался сохранить хорошую мину при плохой игре. Он обещал Людовику VII, что крестоносцам будет разрешено свободно покупать припасы на территории империи; послания его носили доброжелательный и даже дружеский тон. Вместе с тем были приняты меры. Французы столкнулись с трудностями при закупках продовольствия: греки «не впускали их в свои города и бурги, а то, что продавали, спускали на веревках со стен». Честно говоря, язык не поворачивается обвинить ромеев в вероломности. Им уже изрядно досталось от германских союзников. Особенно пострадала Фракия, где императору Мануилу даже пришлось усмирять крестоносцев оружием. Близ Филиппополя между немецкими и византийскими войсками произошли жестокие схватки. Мануил предложил было Конраду III направить крестоносное воинство в обход Константинополя - через Геллеспонт (Дарданеллы), чтобы уберечь столицу от рыцарских бесчинств, но союзник отклонил предложение. Он повел войско по старой дороге, проложенной еще первыми крестоносцами.
Свой приход в Константинополь (10 сентября 1147 года) немецкие рыцари ознаменовали грабежами и разудалым пьянством, в частности, пострадал императорский дворец неподалеку от столицы. Как рассказывает французский хронист Одо Дейльский, участвовавший в Крестовом походе в качестве капеллана Людовика VII, немцы сожгли несколько городских предместий. Несдобровать бы и Константинополю, соединись буйные немцы с пламенными французами. Лестью и силой Мануил вынудил германцев переправиться на другой берег Босфора. Конрад, со своей стороны, тоже не жаждал встречи с Людовиком. Подозревая короля в сговоре с Рожером, он не желал оказаться в водовороте антиконстантинопольской политики.

Мануил I Комнин
http://altritter.ru/UserFiles/Image/Statii/Rojer/Manuel.jpg

Кое-как избавившись от немцев, Мануил решил разобраться с главарём норманнско-сицилийских пиратов. Прежде всего, Византия вступила на Западе в союз с Венецией, предоставив ей новые торговые привилегии на Крите и Кипре. Комнин развязал себе руки и на Востоке. Император столь же верный союзник крестоносцев, какими и они являлись по отношению к Византии, заключил мир с Иконийским султанатом. А ведь немцы уже ввязались с последним в борьбу, да и французы целили туда же.
«Воины Божьи» оказались между двух огней. Единоверный сицилийский король ударил в спину: не только подписал соглашение с Египтом и напал на Византию, но и провёл блестящую дипломатическую атаку, внушил византийскому правительству, будто Людовик VII сочувствует его, Рожера II, политике. Сама же Византия заключила мир с сельджуками. Выходит, в войне против Иконийского султаната «паломники» не смогут рассчитывать на поддержку Константинополя.
Когда французское войско в сентябре 1147 года подошло к Константинополю, император закрыл рыцарям доступ в город. Наиболее горячие головы предложили захватить столицу ромеев и покончить с этим препятствием на пути к достижению целей похода.
В окружении короля все чаще высказывалась мысль: нужно снестись с Рожером II, который уже воюет против Византии, дождаться прибытия сицилийского флота и сообща с норманнами завоевать Константинополь. Епископ Годфруа из Лангра прямо заявил: укрепления старые и ветхие, сил для защиты у греков мало, нечего раздумывать – надо брать город. Византия - христианское государство? Формально - да. Зато византийский император неоднократно поддерживал мусульман, воевал с сирийскими крестоносцами, пытался овладеть Антиохийским княжеством. А теперь и вовсе в сговоре с врагом крестоносцев - иконийским султаном!
И все же французские предводители отвергли планы антигреческой партии - слишком рискованно.

http://altritter.ru/UserFiles/Image/Statii/Rojer/Konstantinipol.jpg

А что же Рожер? Король Сицилии преспокойно готовился к обороне и без суеты захватывал города на североафриканском побережье: Триполи (1146), Габес (1147), Махдию (1148), Сус (1148), Сфакс (1148). Эти приобретения обеспечил сицилийскому флоту господство в центральном Средиземноморье, а стране принесли значительные богатства, там начинались торговые пути во внутренние части Африки.
Говорят, королю чертовски везло. Нападение на Византию куманов, неожиданные штормы и смерть Дожа отсрочили начало военных действий. Византийский и венецианский флот соединились в Адриатике и начали осаду Корфу только осенью 1148 года. Сухопутный поход союзники отложили на следующий год. Корфу держался до августа сорок девятого. Очень кстати в Сербии и Венгрии вспыхнуло восстание, и византийцы отказались от похода в Италию. Только ли в везении дело? Кто знает. Летом того же года сицилийский флот Георгия Антиохийского прорвался через Дарданеллы и совершил набег до стен Константинополя. Затем на фронтах наступило затишье.

Папа Римский Евгений III
http://altritter.ru/UserFiles/Image/Statii/Rojer/Papa.jpg

К началу 1152 года над Сицилийским королевством вновь нависла угроза. Мануил I и Конрад III, справились с внутренними затруднениями и вознамерилась одновременно напасть на Южную Италию. Папа Евгений III недвусмысленно принял их сторону. Венеция также присоединилась к союзу двух императоров. Вроде бы хуже некуда. Внезапная смерть Конрада III и борьба за престол Священной Римской империи вывела Германию из игры. Война Сицилии и Византии приостановилась. Опять повезло?
Из союза Западной и Восточной империй вышел пшик. Рожер II сохранил королевство, а Сицилия вышла из войны еще более сильной средиземноморской державой.
источник

+1

4

Текст папской буллы о Втором крестовом походе

Quantum praedecessores

Евгений епископ, слуга слуг Божиих, премноголюбимому во Христе сыну своему Людовику [VII], славному королю франков, и возлюбленным сынам принцам, и всем верным Божиим, в Галлии утвержденным, - приветствие и апостольское благословение.

Cколь много предшественники наши, Римские Понтифики, трудились ради освобождения восточной Церкви, - о том узнали мы из рассказов древних и нашли в писаном виде в их деяниях. Ибо предшественник наш, блаженной памяти Папа Урбан [II], вострубил будто бы в трубу небесную и позаботился о том, чтобы поднять на избавление ее сынов святой Римской Церкви с разных концов земли. По гласу его те, что жили за горами, особенно же - храбрейшие и сильнейшие воители Французского королевства, а также и обитатели Италии, воспламененные жаром любви, сошлись вместе и, собравши весьма великое войско, проливши немало своей крови, споспешествуемые помощью Божией, освободили от мерзости языческой тот град, где Спаситель наш пожелал за нас пострадать и где оставил Он Свой славный гроб в память нам о Своих Страстях, - и многие иные города, от упоминания коих мы воздержимся, избегая многословия.
Города оные благодатию Божией и ревностью отцов ваших, по временам простиравших силу свою на их защиту и распространение имени Христова в тех краях, христиане сохраняют до сего дня; иные же города, принадлежащие неверным, они мужественно штурмовали. Но ныне по грехам нашим и самих тех людей, случилось то, о чем не можем мы поведать без великого горя и стенаний: град Эдесса, на наречии нашем именуемый Роэ [Rohais], коий также, покуда всю землю восточную держали язычники, единственный служил Богу под властью христиан, был взят, и многие из замков христианских были ими [язычниками] захвачены. Паче того: архиепископ оного города вместе с клиром и многими прочими христианами был убит, а мощи святых выданы на попрание ногами неверных и уничтожены. Посему ведаем и мы сами, и полагаем, что и от вашего знания, сие не укрыто, сколь великая опасность грозит Церкви Божией и всему христианству. Ибо известно, что величайшим доказательством благородства и честности будет, если то, что приобретено было отвагой отцов ваших, защищено будет вами, сынами их. Но если случится иначе, чего да не попустит Бог, бесстрашие отцов сынами будет унижено.

Посему мы призываем всех вас во Господе, просим, и повелеваем, и ради отпущения грехов предписываем, дабы те, кто суть Божии, и прежде всего - величайшие мужи и дворяне, отважно препоясались; и приложили усилия, противустав множеству неверных, ликующих в час, когда они нас победили, и так защитить восточную Церковь, освобожденную от их тиранства столь великим пролитием крови отцов ваших, как мы уже говорили, и вырвать из рук их немалые тысячи плененных ваших братьев, дабы достоинство имени христианского во дни ваши возвысилось, и дабы доблесть, по всему миру славимая, осталась нетронутой и неколебимой. Да будет примером для вас добрый Маттафия, который, дабы сохранить законы отцов своих, нимало не поколебался подвергнуть себя с сынами своими и родными опасности смерти и оставить все, чем владел в мире, и который в конце концов, споспешествуемый помощью Божией, после многих трудов возобладал, как и потомство его, над врагами своими.
Далее, мы, с отеческой заботою предусматривая ваше спокойствие и лишения оной Церкви, властью, данной нам от Бога, даруем и подтверждаем тем, кто, побуждаемый верностью, решит предпринять столь святой и столь необходимый труд и свершение, то отпущение грехов, что установил вышеупомянутый предшественник наш Папа Урбан; и повелеваем, дабы их жены и сыновья, а также их собственность и владения оставались под защитою нашей, архиепископов, епископов и прочих прелатов Церкви Божией. Далее, апостольской властию мы запрещаем предъявлять иски в делах относительно чего-либо, чем они владели во дни мира, когда приняли крест, до тех пор, пока не будет получено надежное известие об их возвращении или гибели. Далее, поскольку те, кто сражается ради Господа, никоим образом не должны облачать себя в дорогие одежды или оснащаться чем-либо для собственной роскоши, брать гончих или соколов, или что-либо еще, предвещающее блуд, мы взываем к благоразумию вашему во Господе, дабы те, кто решили предпринять столь святой труд, не стремились к подобным вещам, но во всей силе явили ревность и усердие в том, что касается оружия, коней и прочего, что потребно для сражений с неверными. Те же, кто угнетен долгом и с чистым сердцем начинает столь святое путешествие, не должны уплачивать проценты за прошедшее время, и если они сами или кто-либо еще за них обязан присягой или клятвой в каком-либо деле, связанном с процентами, то мы своей апостольской властию их разрешаем. Им дозволяется также, когда их родственники, будучи предупреждены, или сеньоры, к феодам которых они принадлежат, не желают или не могут ссудить им денег, свободно и без всякого права рекламации отдавать свои земли или иную собственность в заклад церквам, духовным лицам или любым иным верным. В согласии с установлением вышеназванного нашего предшественника, властью Бога всемогущего и св. Петра, главы апостолов, возложенной на нас Богом, мы даруем таковое прощение и отпущение грехов, дабы тот, кто набожно предпримет столь священное странствие и завершит его, или же умрет во время оного, обрел отпущение всех своих грехов, которые исповедует с сердцем смиренным и сокрушенным, и получит плод вечного воздаяния от Того, Кем все исчислены.

Дано в Ветралле, в декабрьские календы (1 декабря 1145 г.).

+3


Вы здесь » SHERWOOD-таверна. Литературно-исторический форум » Крестовые походы » Второй крестовый поход 1147 - 1149